© 2009-2010 From Russia With Love LTD

Made by Serif

Фото с могильника времен Неолита Восточный Кеннет

Лонг Барроу.

Формация появилась пока мы боролись с наваждениями Стоунхенджа, в ночь  солнцестояния 21 июня. Народ в кемпингах около Авебури, Силбури Хилл  и Вест Кеннет Лонг Барроу наблюдал, как все происходило.

 

 

Свидетели заявляют, что человеческой деятельности на поле не было, но в небе в округе были замечено странное свечение.

 

Вот ссылка на фото со странички Группы наблюдения за кругами  в Уилтшире.

 

Пейзаж, нарисованный зимой

Солнце висело над лесом, зацепившись за вершины елей, словно на перистых облачных качелях. Она улыбалась, подставив солнцу лицо и, прищурясь, смотрела на небо в белых кружевах. Высоко чернели дрожащие треугольники птиц. Запрокинув голову, она смеялась всей этой красоте и начинала качаться в такт музыке, льющейся сквозь молочный воздух, пронизанный солнечным светом. Раскрыв руки, словно для объятий, она побежала по жестким бороздам , через клочки жухлой травы по мягким травяным кочкам, в которых утопала по щиколотки, вперед к темнеющему лесу. Высокие темные сосны и размытые сиреневые кусты, седая изморось на пастельных лугах – знакомый  пейзаж заполнил все ее существо, и ей уже казалось, будто в своем овечьем полушубке и потертых джинсах она нарисована на старом полотне.

 

Летнее Солнцестояние в Стоунхендже - было нам счастье!

Солстис 21 июня мы решили провести в Стоунхендже. Почему-то повсеместно считается, что это круто. Такую вереницу машин в полях Англии редко увидишь. Мы приехали в окрестность Солсбери после семи вечера, и на повороте в город легкомысленно решили сначала посмотреть, что делается в Стоунхендже. Наше явное намерение встретить рассвет на природе было реализовано, так или иначе.

Стоунхендж превзошел себя. Мы долго ползли по дороге, между вагончиками детей цветов и прицепами рокеров со всех концов Европы, как-то очень уж долго. Указатели сообщали о перекрытии дорог, закрытии полос, и других сложностях. Наступили сумерки. Низкое солнце освещало древние курганы, блеяли овцы, возвышались каменные глыбы. Над могильниками предков кружили птичьи стаи. Зажглись огни в нашей бесконечной цепочке машин. Мы все еще ползли по мистическим полям Уилтшира.

 

Полиция, как всегда, отличилась стратегией: перекрыла все дороги, оставив одну, так что 5 тысяч автомобилистов были вынуждены застрять навеки. Ноги устали от педали сцепления, а мы так и не доползли до Стоунхенджа. Вот он – рукой подать, а мы повернули от него в противоположном направлении. Следующие три часа мы передвигались примерно также, и наконец, в ночной тьме добрались до стоянки. Бескрайнее поле с бесконечными рядами машин, яркие стадионные лампы вдали, полицейские и люди в желтых жилетах на каждом шагу. Завернулись в теплое, пошли.

 

Как жаль, что я не этнограф, здесь было где разгуляться, языки смешались в экстазе. В воздухе стоял явный запах травы, виднелись плакаты с предупреждением о специальныхнюхательных собаках. Экологического вида новые кельты, панки, готы, неоновые подростки, просто разгильдяи, прилично одетые туристы, семьи с колясками, новорожденными, песиками, псами, музыкой, шарами, едой, пивом и другим алкоголем.

 

Через час мы приблизились к центру события – Камням известного Хенджа. Количество и качество народа захватывало веселым пьяным духом. Друиды оказались просто театральной публикой в расшитых балахонах, с посохами, омелой и прочими атрибутами илююзий. На каменную перекладину между двумя глыбами вскочил какой-то отчаянный. Толпа взревела в восторге. Деятель приплясывал под ему одному слышную музыку, показывал банку с пивом, издавал крики. Народ веселился. Парень на камнях выпил пиво, постучал себя в грудь,словно Кинг-конг,  и перепрыгнул на соседний камень. Аудитория встала на уши.

 

Сложность заключалась в том, что было темно, под ногами лежали люди, дети, а также домашние животные, приходилось балансировать, чтобы не наступить на чьи-нибудь лапы, руки, ноги.  В ажиотаже проносились группы самого разного народа, и все мы друг на друга натыкались. Становилось все чудесатее и чудесатее, громче музыка, больше криков, ночной воздух пах алкоголем и анашей.

 

Мы решили спасаться и повернули назад. Скушали чего-то вегетарианского в одной из выросших на одну ночь многочисленных палатках, выпили горячего чаю, и отправились к машине в надежде, что нам удастся ее отыскать.

 

В три часа ночи было нам счастье, когда мы отъехали от многотысячной толпы. В черных полях терялись огни все ползущих по дороге машин, желающих попасть туда, откуда мы только что удачно вырвались.

 

Рассвет солнца мы встретили на горе-крепости Старый Сарум. Обойдя вершину три раза, мы поняли, что не знаем, где восход, поэтому руководствуясь усталостью, остановились на небольшой ложбинке и завернулись в одеяла. Около пяти утра мы обнаружили на небе напротив нас  малиновое зарево, оказывается, мы нашли правильное место.

 

Да здравствует опыт, плод ошибок трудных!